darrus (darrus) wrote,
darrus
darrus

  • Music:

Fanfic - Camel


Fanfic in RUSSIAN, "Camel" timeline, Juergen Klinsmann/Lothar Matthaeus. 

Un Estate Italiana - пропущенные сцены
Сцена 3.
Ревность

Автор: darrus
Пейринг: Лотар Маттеус/Юрген Клинсманн
Рейтинг: PG
Время: ЧМ1990, вечер следующего дня после матча с Нидерландами
Дисклеймер: рядом не стояла, свечку не держала, никого обидеть не хочу, деньги зарабатываю в другом месте

A/N: сразу после «Дня из жизни…» 
 

Ревность

 

Кисть расслабить, слегка повернуть к себе, руку чуть согнуть в локте, ррраз… Плоский камешек шесть раз подскакивает на поверхности воды, разбрасывая вокруг себя маленькие фонтанчики брызг, прежде чем исчезнуть в глубине.

- Браво, Лотар!

- Уметь надо!

- Видели мастера?
- Класс!

- Ну-ка, дай я попробую, - Юрген поднимает светло-розовый, обкатанный волнами камень. – Ну-ка ну-ка, как вы это делаете…

- Не умеешь – не берись, - фыркает сзади Руди.

Фёллер развалился сразу на двух шезлонгах, нацепил тёмные очки и наслаждается жизнью.

Первым напевать «Караван» начинает Клаус. Остальные присоединяются, как только находят в себе силы подавить приступ смеха.

Руди снова фыркает, на этот раз вполголоса и что-то непристойное, и с головой закрывается футболкой. А кто захочет присмотреться – тот увидит, что это футболка Юргена.

А Клинсманн лучезарно улыбается Клаусу и коротко замахивается – бросок получается не слишком удачным. Камень подскакивает на воде один раз, два, и тонет.

- А я говорил, - лениво тянет Фёллер, не вылезая из-под футболки.

Хельмер начинает насвистывать «Караван» с того места, на котором остановились в прошлый раз. Снова раздаётся взрыв хохота, шутка пока ещё и не думает надоедать, а ругающийся Руди – забавнее зрелища и не придумаешь.

Конечно, если находить это забавным. Если находить забавным всё происходящее, и если не вспоминать о том, что делали два партнёра по нападению вчера в полутёмном номере, и если не присматриваться и не видеть бросающихся в глаза мелочей…

- Кончай ругаться, Фёллер, здесь дети присутствуют, - а привычка сначала говорить, а потом думать иногда бывает очень полезной, отмечает он про себя.

- Это ты ко мне придираешься? – Анди Мёллер делает обиженное лицо.

- Это капитан тебе только что комплимент сделал, мог бы и поблагодарить, между прочим, - отзывается Руди.

Руди.

Чтоб ему провалиться, этому Руди.

Чтоб ему…

«Выиграем этот матч ради Руди» - так Гвидо сказал в перерыве, перед самым выходом из раздевалки? То-то Юрген в одиночку бросился на всю голландскую сборную. Подумать только, на какие подвиги способны некоторые ради Руди.

Камень сам вылетает из руки и с весёлым плюханьем скачет по поверхности озера. Один, два… снова шесть. Аплодисменты, смех и восхищённая ругань.

- Ну как у тебя это получается? – Почти раздражённым тоном спрашивает Юрген.

- Талант, - он разводит руками и улыбается. – Только талант, и ничего больше.

- Да элементарнее некуда, - ворчит внезапно оказавшийся рядом Фёллер. – Вот смотри, руку держишь так…

И конечно, само собой, чтобы показать нужно обязательно приобнять за плечи, взять за руку, само собой…

А ведь если он когда-то и ненавидел кого-то сильнее, чем сейчас ненавидит Фёллера – он этого не помнит. Или такого не было.

Желание растерзать стоящего рядом человека на мелкие кусочки – это точно в первый раз.

Так вот ты какая, ревность?

Бред, какой бред, ревность. Как же, ревность. Ревнуют любимых. Ревновать какого-то нескладного мальчишку к этому облезлому бабуину… Ещё не хватало!

- А ладонь свободнее, - продолжает бурчать инструкции Руди. Мог бы и не притворяться, что объясняет – нашёл что объяснять, кстати. Хочется пообниматься – раздевалка в двух шагах, зачем делать это на виду у всех?

- А я, кажется, созрел для самоубийства… - Олаф Тон театрально вздыхает.

- Тоже захотел полетать на водных лыжах? Ну флаг тебе в руки! – Хесслер и правда протягивает Олафу наскоро сооружённый из полосатого полотенца флаг. Тон принимает штандарт, торжественно кланяется всем присутствующим и оборачивается к нему.

- Прокатишь, Лотар?

- Поехали. – Он нашаривает среди вещей ключи и поднимается с тёплого песка. – Желающие нас страховать есть?

Уже месяц он катает по озеру всех любителей водных лыж, которых внезапно оказалось чуть ли не половина команды. И всегда – всегда – Юрген вскакивал на переднее сиденье рядом с ним, растрёпанный и смеющийся, в плавках, ярко-оранжевом жилете и полинявшей джинсовой бейсболке, подставляющий лицо встречному ветру. И все ведь знали, что не понадобится никакая страховка, что не придётся Юргену вылавливать особо неуклюжего лыжника из воды – но никто не удивлялся тому, что они катаются на лодке вдвоём, да и шуток про романтические прогулки не было…

Только вот сейчас Юрген слишком занят, чтобы вообще обращать внимание на происходящее вокруг.

- А плечо не зажимай, не добросишь так… - И Фёллер двумя руками разворачивает Юргена в нужное положение.

- Давай я с тобой поеду, что ли? – Поворачивается к ним Клаус.

- Справимся сами, или ты думаешь, что я переверну лодку? – Олаф уже вцепился в перекладину и с опаской поглядывает на мягко набегающие на берег волны.

Камень, брошенный Юргеном, подскакивает над водой. Один, два, три, четыре, пять, Руди довольно смеётся…

Моторка срывается с места. Сзади раздаётся полуиспуганное-полувозбуждённое «эй!», он почти вдавливает педаль газа в пол и резко разворачивается. За кормой взвивается сноп брызг. Он бросает короткий взгляд в зеркало – Олаф по-прежнему в вертикальном положении, на лице у него восхищённая улыбка. Он снова разворачивает лодку, уходя ещё дальше от берега.

Значит, Руди. Руди. Друг, он же партнёр, он же любовник – удобно, удобно, ничего не скажешь. Удобно, умно.

Руди.

Чтоб его… Чтоб ему… Чтоб он…

Руди, значит. Руди.

А что рожа страшная – это ничего, в темноте и не видно…

Ха. Как будто внешность в мужчине главное.

Ха.

Руди, значит.

Ах, значит, Руди.

Чтоб он…

А если начать вспоминать прошлый чемпионат Европы – ну тогда уж и распоследнему идиоту всё станет ясно.

И табличку большими буквами: «Лотар Маттеус – распоследний идиот».

Руди.

Интересно, есть кто-нибудь ещё в команде, кто не знает, что Юрген и Руди… особенно близкие друзья? Или он здесь самый наивный?

Если про верблюда они распевают «Караван», то какую же песню должны посвящать ему? Кто там что пел про ослов?

Руди.

Ну конечно Руди. И что в этом такого неожиданного?

Руди.

Чёртов Фёллер.

Руки сжимают руль так сильно, что оплётка штурвала прокалывает кожу в нескольких местах. Кровь? Ерунда. Кровь на ладонях, красные пятна перед глазами – какие мелочи, глупость! Не стоит внимания, не стоит.

Лодка плавно останавливается у причала.

- Ну как?

- Полетал?

- Не утонул?

- Как самоубийство?

- Круто! – Выдыхает Олаф, выбираясь на берег. - Чудеса на виражах!

Юрген стащил у Фёллера очки, расстелил пушистое полотенце прямо на песке и наслаждается тёплыми лучами солнца. Руди лежит в шезлонге рядом, спину его прикрывает всё та же футболка. Они переговариваются тихонько и смеются – смеются громко, во весь голос.

Резкий замах, и серый камень, описав крутую дугу, с громким плеском вонзается в воду.

- А как же «плюх-плюх-плюх-буль»? – Спрашивает Илльгнер, смеясь.

- В другой раз, я спать хочу, можете без меня развлекаться, - он бросает второй камень, осколок серо-розового гранита, на песок. Прозрачная волна почти доплёскивается до его ног.

- Не рановато ли спать?

- Спать никогда не рано, - в шезлонг, лицом вниз, закрыть глаза и не видеть ничего.

Совсем рядом радостный смех Юргена. Какие-то неразборчивые слова, и Руди смеётся тоже.

Руди.

Ссадины на ладони горят от попавших в ранки песчинок.

Ах, значит, Руди…

 

07.04.2008

Tags: camel, fanfiction, football, klinsmann, matthaeus, slash, soccer, voeller
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
  • 6 comments